627, 632 and 637
627, 632 и 637
The “key” that opens the bottomless pit is the battle of Nineveh, fulfilled in 627, five years before Mohammed died in 632. Five years later in 637, the Muslim forces captured the capital of Persia, one of the two great superpowers that engaged in the battle of Nineveh. This event dramatically shifted the balance of power in the Middle East. The battle of Nineveh in 627 sapped the strength of the Persian Empire and ten years later the Persian Empire ended.
«Ключом», отворяющим бездну, является битва при Ниневии, исполнившаяся в 627 году, за пять лет до смерти Мухаммеда в 632 году. Пять лет спустя, в 637 году, мусульманские силы захватили столицу Персии, одной из двух великих сверхдержав, участвовавших в битве при Ниневии. Это событие резко изменило соотношение сил на Ближнем Востоке. Битва при Ниневии в 627 году подорвала мощь Персидской империи, и десять лет спустя Персидская империя прекратила своё существование.
Humiliation—782
Уничижение — 782
One hundred and fifty years after Mohammed’s death in 632, in the Abbasid Campaign of 782, the Abbasid army (reportedly around 95,000 men) launched a massive invasion into Byzantine territory in Asia Minor (modern Turkey). They advanced all the way to Chrysopolis, directly across the Bosporus Strait from Constantinople—coming very close to the Byzantine capital. The Byzantines, under Empress Irene, suffered a serious defeat. As a result, the Byzantines were forced to sign a humiliating three-year truce, agreeing to pay a large annual tribute (around 70,000–90,000 gold dinars) and hand over silk garments and hostages. This campaign was one of the largest and most successful Abbasid incursions into Byzantine lands during the 8th century. It showcased the growing power of the Abbasid Caliphate and the continuing decline of the Byzantine Empire.
Спустя сто пятьдесят лет после смерти Мухаммеда в 632 году, во время аббасидского похода 782 года, аббасидская армия (по имеющимся сведениям, около 95 000 человек) предприняла массовое вторжение на византийскую территорию в Малой Азии (современная Турция). Она продвинулась вплоть до Хрисополя, непосредственно через Босфорский пролив от Константинополя, — подойдя очень близко к византийской столице. Византийцы под властью императрицы Ирины потерпели серьёзное поражение. В результате византийцы были вынуждены подписать унизительное трёхлетнее перемирие, согласившись выплачивать крупную ежегодную дань (около 70 000–90 000 золотых динаров), а также передать шёлковые одежды и заложников. Этот поход был одним из крупнейших и наиболее успешных аббасидских вторжений в византийские земли в течение VIII века. Он продемонстрировал возраставшую мощь Аббасидского халифата и продолжающийся упадок Византийской империи.
Five months
Пять месяцев
In Revelation chapter nine the “five months” that equates to one hundred and fifty years is mentioned twice; once in verse five and again in verse ten.
В девятой главе Откровения «пять месяцев», что соответствует ста пятидесяти годам, упоминаются дважды: один раз в пятом стихе и снова в десятом.
And to them it was given that they should not kill them, but that they should be tormented five months: and their torment was as the torment of a scorpion, when he striketh a man. And in those days shall men seek death, and shall not find it; and shall desire to die, and death shall flee from them. And the shapes of the locusts were like unto horses prepared unto battle; and on their heads were as it were crowns like gold, and their faces were as the faces of men. And they had hair as the hair of women, and their teeth were as the teeth of lions. And they had breastplates, as it were breastplates of iron; and the sound of their wings was as the sound of chariots of many horses running to battle. And they had tails like unto scorpions, and there were stings in their tails: and their power was to hurt men five months. Revelation 9:5–10.
И дано было им не убивать их, а только мучить пять месяцев; и мучение от них подобно мучению от скорпиона, когда ужалит человека. В те дни люди будут искать смерти, но не найдут её; пожелают умереть, но смерть убежит от них. По виду своему саранча была подобна коням, приготовленным на войну; и на головах у неё как бы венцы, похожие на золотые, лица же её — как лица человеческие. И волосы у неё — как волосы у женщин, а зубы у неё были, как у львов. На ней были брони, как бы брони железные, и шум от крыльев её — как стук от колесниц, когда множество коней бежит на войну. У неё были хвосты, подобные скорпионам, и в хвостах её были жала; сила же её была — вредить людям пять месяцев. Откровение 9:5–10.
There are two distinct prophetic periods of one hundred and fifty years in Revelation nine’s fifth trumpet. The first is from the death of Mohammed in 632 unto the humiliation of the Empress Irene of Eastern Rome in 782. Chapter nine identifies the rise of Islam in a very detailed fashion. From the uniting of the tribes in 606, to the battle of Nineveh in 627, to Mohammed’s death in 632, then to the defeat of Persia in 637, the rise and fall of Islam is carefully traced in God’s prophetic Word. Islam of Arabia is the power in the first one-hundred-and-fifty-year prophecy of torment. The unification of the tribes by Mohammed in 606; then the “key” battle of Nineveh in 627, followed by Mohammed’s prediction of the demise of both Persia and Rome around 628, then on to his death in 632. These dates represent a specific sequence of events in the line of Islam.
В девятой главе Откровения, в пятой трубе, обозначены два различных пророческих периода по сто пятьдесят лет. Первый простирается от смерти Магомета в 632 году до унижения императрицы Ирины Восточного Рима в 782 году. Девятая глава весьма подробно описывает возникновение ислама. От объединения племён в 606 году, до битвы при Ниневии в 627 году, до смерти Магомета в 632 году, а затем до поражения Персии в 637 году — восхождение и падение ислама тщательно прослеживается в Божьем пророческом Слове. Аравийский ислам является той силой, которая представлена в первом пророчестве о мучении продолжительностью в сто пятьдесят лет. Объединение племён Магометом в 606 году; затем «ключевая» битва при Ниневии в 627 году, за которой последовало предсказание Магомета около 628 года о гибели как Персии, так и Рима, и далее — его смерть в 632 году. Эти даты представляют собой определённую последовательность событий в истории ислама.
One hundred and fifty years after Mohammed died in 632, the power-base of Islam changed from Arabia to Turkey, as it drove Eastern Rome all the way back to Constantinople. The first woe represented the Islam of Arabia, and the second woe represented the Islam of Turkey. Within the first woe, both one-hundred-and-fifty-year time prophecies identify the distinction between Islam of Arabia and Islam of Turkey, just as is represented in the distinction of the same truth between the first and second woe.
Через сто пятьдесят лет после смерти Магомета в 632 году опорная база ислама переместилась из Аравии в Турцию, по мере того как он оттеснил Восточный Рим вплоть до самого Константинополя. Первое горе представляло ислам Аравии, а второе горе представляло ислам Турции. В пределах первого горя оба сто пятидесятилетних пророчества о времени обозначают различие между исламом Аравии и исламом Турции, точно так же, как это различие той же самой истины представлено между первым и вторым горем.
The first one hundred and fifty years began with the demise of Persia and ended with Rome being stuck within the walls of Constantinople. The second period of one hundred and fifty years began with Osman’s (also called Ottman) victory at Nicomedia. The Ottoman victory at Nicomedia refers to the Siege of Nicomedia (modern-day İzmit, Turkey), which took place from 1333 to 1337 when Sultan Orhan Gazi (son of Osman I, the founder of the Ottoman Beylik), laid siege to the important Byzantine city of Nicomedia. The city held out for several years, but eventually surrendered in 1337 due to starvation and lack of supplies. The Byzantine garrison was allowed to leave for Constantinople. Nicomedia was one of the last major Byzantine strongholds in Asia Minor (Anatolia). Its fall effectively ended Byzantine control in most of western Anatolia. This victory allowed the Ottomans to consolidate their power in Bithynia and expand further toward the Bosporus Strait. It was a major stepping stone toward the eventual Ottoman conquest of Constantinople (which happened over a century later in 1453). The siege is often seen as one of the key early victories that transformed the small Ottoman beylik into a rising regional power.
Первые сто пятьдесят лет начались с гибели Персии и завершились тем, что Рим оказался заперт в пределах стен Константинополя. Второй период в сто пятьдесят лет начался с победы Османа (также называемого Оттманом) при Никомидии. Победа османов при Никомидии относится к осаде Никомидии (современный Измит, Турция), которая происходила с 1333 по 1337 год, когда султан Орхан Гази (сын Османа I, основателя Османского бейлика) осадил важный византийский город Никомидию. Город держался несколько лет, но в конце концов капитулировал в 1337 году вследствие голода и недостатка припасов. Византийскому гарнизону было позволено уйти в Константинополь. Никомидия была одним из последних крупных византийских опорных пунктов в Малой Азии (Анатолии). Её падение фактически положило конец византийскому владычеству на большей части западной Анатолии. Эта победа позволила османам упрочить свою власть в Вифинии и продвинуться далее к Босфорскому проливу. Она стала важной ступенью на пути к последующему османскому завоеванию Константинополя (которое произошло более чем столетие спустя, в 1453 году). Эту осаду часто рассматривают как одну из ключевых ранних побед, превративших небольшой османский бейлик в восходящую региональную державу.
When the second one-hundred-and-fifty-year period within the first trumpet concluded on July 27, 1449 the last Constantine sought permission from the Islamic sultan to ascend to the throne of Eastern Rome, thus suffering the same humiliation that the Empress Irene suffered at the end of the first one hundred and fifty years of Revelation nine’s two “five-month” periods. The humiliation of ‘the Empress Irene’ and also of ‘Constantine the last’ typified the later humiliation of the Ottomans, when at the conclusion of the time prophecy of the second woe they sought protection from the four great European powers from the threat of Egypt.
Когда 27 июля 1449 года завершился второй сто пятидесятилетний период в пределах первой трубы, последний Константин испросил у исламского султана дозволение взойти на престол Восточного Рима, тем самым претерпев то же унижение, какое претерпела императрица Ирина в конце первых ста пятидесяти лет двух «пятимесячных» периодов девятой главы Откровения. Унижение «императрицы Ирины», а также «последнего Константина», прообразовало последующее унижение османов, когда по завершении пророческого периода времени второго горя они искали защиты у четырёх великих европейских держав от угрозы со стороны Египта.
The Pantheon
Пантеон
The pioneers correctly understood and taught that the phrase “the place of his sanctuary was cast down” in Daniel eight and verse eleven was fulfilled by Constantine.
Пионеры правильно понимали и учили, что выражение «место святилища его было повержено» в Даниила 8:11 исполнилось в Константине.
Yea, he magnified himself even to the prince of the host, and by him the daily sacrifice was taken away, and the place of his sanctuary was cast down.
Да, он превознесся даже до Вождя воинства; и Им была прекращена ежедневная жертва, и место святилища Его было повержено.
The “sanctuary” here identified was the Pantheon temple in the city of Rome and the “place of” that temple was Rome. Rome was “cast down” by Constantine when he chose to move the capital of his empire to Constantinople in the year 330. Verse eleven connects with Revelation thirteen and verse two is identifying the same events.
Упоминаемое здесь «святилище» — это храм Пантеон в городе Риме, а «место» этого храма — Рим. Рим был «низвержен» Константином, когда в 330 году он решил перенести столицу своей империи в Константинополь. Одиннадцатый стих связан с Откровением, тринадцатой главой, и второй стих указывает на те же самые события.
And the beast which I saw was like unto a leopard, and his feet were as the feet of a bear, and his mouth as the mouth of a lion: and the dragon gave him his power, and his seat, and great authority.
И зверь, которого я видел, был подобен барсу; ноги у него — как у медведя, и пасть у него — как пасть у льва; и дал ему дракон силу свою, и престол свой, и великую власть.
The dragon was pagan Rome, and pagan Rome gave its “seat” of authority over to the Roman church in 330, when it moved the capital to the east, thus leaving a power vacuum which the papal church happily took advantage of. When we start the line of eastern Rome from the year 330 unto 1453, we find that at the start of the prophecy of eastern Rome, the city of Rome is humiliated by Constantine’s rejection of Rome. That humiliation was repeated with the Empress Irene in 782, at the conclusion of the first one hundred and fifty years of torment. Both those humiliations were repeated by Constantine the last.
Драконом был языческий Рим, и языческий Рим в 330 году передал своё «седалище» власти Римской церкви, когда перенёс столицу на восток, тем самым оставив вакуум власти, которым папская церковь охотно воспользовалась. Когда мы ведём линию восточного Рима от 330 года до 1453 года, то обнаруживаем, что в начале пророчества о восточном Риме город Рим был унижен отвержением Рима Константином. Это унижение повторилось при императрице Ирине в 782 году, при завершении первых ста пятидесяти лет мучения. Оба эти унижения были повторены Константином последним.
Peculiar Rise and Falls
Странные подъёмы и падения
The fifth and sixth trumpets of Revelation nine provide the details of the fall of eastern Rome, while also chronicling the rise and fall of Islam. Inspiration informs us to study the “rise and fall” of the kingdoms in the books of Daniel and Revelation. Those kingdoms possess their own distinct characteristics associated with their peculiar “rise and falls.” The fall of Judah was brought about by three attacks upon Jerusalem. The Hebrews were carried into Babylon and would return under three decrees, which would initiate the 2,300 years that led to the three angels arriving into history from 1798 unto 1844. Babylon fell in one night. Rome disintegrated, and within its disintegration two aspects of Rome were set forth under the location of either western or eastern Rome. The rise and fall of the Ptolemaic empire and the Seleucid empire in the first third of Daniel eleven typifies the rise and fall of papal Rome. That testimony is simply the conclusion of the story of Alexander and Greece’s dissolution. Unlike Rome, Greece divided into four parts that ultimately became two. Rome divided into east and west, and thereafter western Rome was divided prophetically into three, representing Rome’s threefold government. For eastern Rome, Constantine divided his kingdom unto his three sons. Clearly western and eastern Rome are parallel lines representing the Roman church and the Roman state. With that twofold division is a further threefold division. Greece was four into two, Babylon was one night, Judah was three attacks. With Islam, their “rise” is portrayed as a “release” and their “fall” is a “restraint.”
Пятая и шестая трубы девятой главы Откровения излагают подробности падения восточного Рима, одновременно повествуя о возвышении и падении ислама. Вдохновение наставляет нас исследовать «возвышение и падение» царств в книгах Даниила и Откровения. Эти царства обладают своими собственными отличительными особенностями, связанными с присущими им «возвышениями и падениями». Падение Иудеи было вызвано тремя нападениями на Иерусалим. Евреи были уведены в Вавилон и возвратятся по трём указам, которые положат начало 2 300 годам, приведшим к тому, что три ангела вошли в историю с 1798 по 1844 год. Вавилон пал в одну ночь. Рим распался, и в пределах этого распада были представлены два аспекта Рима под обозначением либо западного, либо восточного Рима. Возвышение и падение державы Птолемеев и державы Селевкидов в первой трети одиннадцатой главы Даниила служит прообразом возвышения и падения папского Рима. Это свидетельство есть просто завершение повествования об Александре и распаде Греции. В отличие от Рима, Греция разделилась на четыре части, которые в конечном итоге стали двумя. Рим разделился на восток и запад, а затем западный Рим был пророчески разделён на три части, представляющие тройственную форму правления Рима. Что касается восточного Рима, Константин разделил своё царство между своими тремя сыновьями. Ясно, что западный и восточный Рим — это параллельные линии, представляющие Римскую церковь и Римское государство. В этом двояком разделении присутствует дальнейшее троякое разделение. Греция — четыре в два, Вавилон — одна ночь, Иудея — три нападения. В случае ислама его «возвышение» изображено как «освобождение», а его «падение» — как «сдерживание».
Their rise began with Mohammed and they were restrained on August 11, 1840. They were released and immediately restrained at 9/11. They were recently released on October 7, 2023 and have since been restrained in Gaza. Islam will be released again to mark the setting up of the image of the beast. The line of Islamic prophetic history that is represented in chapters nine through eleven in the book of Revelation, identifies the prophetic history of Islam of the third woe. ‘The prophetic history of Islam of the third woe’ is also represented by the seventh and also the third angel. The third angel arrived on October 22, 1844 when the seventh angel began to sound. The third angel and the third woe arrived into prophetic history at 9/11. From 9/11 unto the Sunday law the prophetic history of the first and second woes has been and still is, repeating.
Их возвышение началось с Магомета, и они были удержаны 11 августа 1840 года. Они были отпущены и тотчас же удержаны 11 сентября. Недавно они были отпущены 7 октября 2023 года и с тех пор удерживаются в Газе. Ислам будет вновь отпущен, чтобы ознаменовать установление образа зверя. Линия исламской пророческой истории, представленная в главах с девятой по одиннадцатую книги Откровение, определяет пророческую историю ислама третьего горя. «Пророческая история ислама третьего горя» также представлена седьмым, а также третьим ангелом. Третий ангел пришёл 22 октября 1844 года, когда начал трубить седьмой ангел. Третий ангел и третье горе вошли в пророческую историю 11 сентября. От 11 сентября и до воскресного закона пророческая история первого и второго горя повторялась и всё ещё повторяется.
The “key” of the battle of Nineveh, draws two powers, Rome and Persia into direct and inseparable connection with Islam. Nineveh identifies more clearly than any other passage of Scripture the progressive demise of both western and eastern Rome.
«Ключ» к битве при Ниневии вводит две державы — Рим и Персию — в прямую и неразрывную связь с исламом. Ниневия яснее, чем какой-либо другой отрывок Писания, указывает на последовательную гибель как западного, так и восточного Рима.
Herod is a symbol of the dragon; he was representing Rome. The dragon at the end of the world is the United Nations. At the Sunday law the sixth kingdom falls, the seventh begins, but they give their kingdom to the eighth kingdom at their own birthday party. The seventh kingdom has just been born, and it immediately agrees to give its kingdom to the whore of Babylon for one hour, as typified by Herod promising up to half his kingdom to Salome.
Ирод — символ дракона; он представлял Рим. Дракон в конце мира — это Организация Объединённых Наций. При воскресном законе шестое царство падает, седьмое начинается, но они отдают своё царство восьмому царству на собственном праздновании дня рождения. Седьмое царство только что родилось и тотчас соглашается отдать своё царство вавилонской блуднице на один час, как это прообразовано тем, что Ирод обещал Саломее до половины своего царства.
Right where the United States falls, the United Nations is born and the threefold union is implemented. Herod is the dragon, and Herodias is the papacy, and the United States is Salome. Herod was in an unlawful marriage alliance, for he was married to his brother’s wife, and at the prophetic level he was in an incestuous relationship with Salome, for it is clear that he was lusting after her as she danced. The dragon has relations with both the mother and daughter. This is important to see when you determine that western and eastern Rome represents church craft and statecraft respectively. Rome, the fourth kingdom of Bible prophecy, placed the papacy on the throne prophetically, and in so doing it typified the United States who will once again place the papacy on the throne.
Именно там, где падут Соединённые Штаты, родится Организация Объединённых Наций и будет осуществлён тройственный союз. Ирод — это дракон, Иродиада — папство, а Соединённые Штаты — Саломея. Ирод состоял в незаконном брачном союзе, ибо был женат на жене своего брата, а на пророческом уровне он находился в кровосмесительной связи с Саломеей, ибо ясно, что, когда она танцевала, он вожделел её. Дракон имеет связь и с матерью, и с дочерью. Это важно увидеть, когда вы приходите к выводу, что западный и восточный Рим представляют соответственно церковное искусство управления и государственное искусство управления. Рим, четвёртое царство библейского пророчества, пророчески посадил папство на престол и тем самым прообразовал Соединённые Штаты, которые вновь посадят папство на престол.
The progressive demise of western Rome from 330 unto 476 represents the progressive demise of the United States from 1798 unto the Sunday law. The year “330” and the year “1798” are both prophetic waymarks called “the time appointed” or the “time of the end” in the book of Daniel. 330 marks the beginnings of western and eastern Rome. The ending of both is the humiliation of the Roman leader, just as Constantine humiliated the city of Rome at the beginning. 476 was the end of a prophetic period that marks how the prestigious political structure of Rome disintegrated under three steps. A period that began with the city being rejected in 330 was followed by the humiliation of their entire political structure—their glorious republic, which had been the primary bragging point for ancient Rome, was taken apart, and ultimately reached 476, when there would never be a ruler over Rome that was from an actual Roman bloodline. Two lines of Rome beginning in the year 330, and the passage where those two lines are set forth, also includes two prophetic lines of five months. The line of western Rome begins and ends with progressive humiliation. The line of eastern Rome begins and ends with progressive humiliation in 1449, as Constantine the last asked permission to reign.
Поступательное падение западного Рима с 330 по 476 год представляет собой поступательное падение Соединённых Штатов с 1798 года до воскресного закона. Год «330» и год «1798» — оба являются пророческими вехами, называемыми в книге Даниила «назначенным временем» или «временем конца». 330 год знаменует начало западного и восточного Рима. Завершение обоих отмечено унижением римского правителя, подобно тому как Константин в начале унизил город Рим. 476 год был окончанием пророческого периода, обозначающего, как престижная политическая структура Рима распалась в три шага. Период, начавшийся с отвержения города в 330 году, сопровождался затем унижением всей их политической структуры — их славной республики, которая была главным предметом гордости древнего Рима, была разрушена, — и в конечном итоге достиг 476 года, когда над Римом уже никогда не будет правителя, происходящего из подлинно римской крови. Две линии Рима, начинающиеся в 330 году, и отрывок, в котором представлены эти две линии, также включают две пророческие линии по пять месяцев. Линия западного Рима начинается и заканчивается поступательным унижением. Линия восточного Рима начинается и заканчивается поступательным унижением в 1449 году, когда последний Константин просил дозволения царствовать.
One of the five month periods leads to the end of Arabic Islam as the focus of prophecy and the beginning of Turkish Islam in 782. On that date Empress Irene is humiliated, in alignment with the humiliation of Constantine the last at the end of the second five-month prophecy. Two five-month prophecies within one narrative of fifteen verses. One portrays a history of the Islam of Arabia the other Islam of Turkey. Both conclude with the humiliation of eastern Rome. The conclusion of one of the prophecies was fulfilled by a woman being humiliated and the other by a man. Line upon line they identify a humiliation of the church and the state of eastern Rome. Both humiliations are brought about by Islam of the first woe. The humiliation of Constantine the last in 1449, begins a four-year period that ends in 1453, with the walls of Constantinople coming down. 1449 represents a humiliation and 1453 the walls come down and a kingdom ends.
Один из двух периодов по пяти месяцев ведёт к концу арабского ислама как средоточия пророчества и к началу турецкого ислама в 782 году. В эту дату императрица Ирина подвергается унижению, что соответствует унижению Константина Последнего в конце второго пророчества о пяти месяцах. Два пророчества о пяти месяцах в пределах одного повествования из пятнадцати стихов. Одно изображает историю ислама Аравии, другое — ислама Турции. Оба завершаются унижением восточного Рима. Завершение одного из пророчеств исполнилось в унижении женщины, а другого — в унижении мужчины. Строка за строкой они указывают на унижение церкви и государства восточного Рима. Оба унижения совершаются исламом первого горя. Унижение Константина Последнего в 1449 году начинает четырёхлетний период, который завершается в 1453 году падением стен Константинополя. 1449 год представляет унижение, а в 1453 году стены падают, и царство приходит к концу.
Death of Mohammed
Смерть Мухаммеда
One of the two five-month periods begins with the death of Mohammed, who is identified as the “king that was over them” in verse eleven.
Один из двух пятимесячных периодов начинается со смертью Магомета, который в одиннадцатом стихе назван «царём, который был над ними».
And they had a king over them, which is the angel of the bottomless pit, whose name in the Hebrew tongue is Abaddon, but in the Greek tongue hath his name Apollyon.
Царём над собою они имели ангела бездны; имя ему по-еврейски Аваддон, а по-гречески имя его Аполлион.
The king over them was Mohammed, for he is identified in verse one, so he is not some other Islamic figure; he is Mohammed the king, and a king is a kingdom and Islam is the kingdom of Mohammed.
Царём над ними был Мухаммед, ибо он отождествляется в первом стихе; следовательно, это не какая-либо иная исламская фигура: он — Мухаммед-царь, а царь есть царство, и ислам есть царство Мухаммеда.
And the fifth angel sounded, and I saw a star fall from heaven unto the earth: and to him was given the key of the bottomless pit. And he opened the bottomless pit; and there arose a smoke out of the pit, as the smoke of a great furnace; and the sun and the air were darkened by reason of the smoke of the pit. And there came out of the smoke locusts upon the earth: and unto them was given power, as the scorpions of the earth have power. Revelation 9:1–3.
И вострубил пятый Ангел, и я увидел звезду, падшую с неба на землю; и дан был ей ключ от кладезя бездны. Она отворила кладезь бездны, и вышел дым из кладезя, как дым из большой печи; и помрачилось солнце и воздух от дыма из кладезя. И из дыма вышла на землю саранча; и дана была ей власть, какую имеют земные скорпионы. Откровение 9:1–3.
The repetition of the first and second woes within the third woe parallels the repetition of the first and second angels within the third angel. Mohammed, the king was given the key to open the bottomless pit and 9/11 identifies when the third angel is empowered. Christ as the mighty angel then descended as the first strike of Balaam arrived in prophetic history. Then the bottomless pit opened and Islam became a subject of world history again. Christ then led His people back to the old paths of Jeremiah and the message of the third woe and third angel began to be sounded. In 2015, Trump announced his intent to run for president, thus stirring up the globalist dragon powers and the bottomless pit then released the atheism that ultimately killed Trump in the streets of Sodom and Egypt. At the Sunday law the beast that is the eighth that is of the seven will ascend out of the bottomless pit. The beginning of the sealing time of the one hundred and forty-four thousand and the ending identifies the rise of a bottomless pit power.
Повторение первого и второго горя внутри третьего горя соответствует повторению первого и второго ангелов внутри третьего ангела. Мухаммеду, царю, был дан ключ, чтобы отворить бездну, и 11 сентября указывает на то время, когда третий ангел получает силу. Затем Христос как Ангел сильный сошёл, когда первый удар Валаама пришёл в пророческую историю. Затем бездна отверзлась, и ислам вновь стал предметом мировой истории. Затем Христос повёл Свой народ назад к древним стезям Иеремии, и весть третьего горя и третьего ангела начала возвещаться. В 2015 году Трамп объявил о своём намерении баллотироваться в президенты, тем самым приведя в движение глобалистские силы дракона, и тогда бездна выпустила атеизм, который в конечном итоге убил Трампа на улицах Содома и Египта. Во время закона о воскресном дне зверь, который есть восьмой и который из числа семи, выйдет из бездны. Начало времени запечатления ста сорока четырёх тысяч и его завершение указывают на возвышение силы бездны.
The beast that thou sawest was, and is not; and shall ascend out of the bottomless pit, and go into perdition: and they that dwell on the earth shall wonder, whose names were not written in the book of life from the foundation of the world, when they behold the beast that was, and is not, and yet is. Revelation 17:8.
Зверь, которого ты видел, был, и нет его, и выйдет из бездны, и пойдёт в погибель; и удивятся живущие на земле, которых имена не вписаны в книгу жизни от создания мира, видя, что зверь, который был, и нет его, и явится. Откровение 17:8.
Islam is the key that opened the bottomless pit on 9/11 and that opens the bottomless pit at the Sunday law. In the midst of the sealing time, the dragon-beast of globalism also came out of the bottomless pit.
Ислам — это ключ, отворивший бездну 11 сентября, и отворяющий бездну при воскресном законе. Посреди времени запечатления дракон-зверь глобализма также вышел из бездны.
And when they shall have finished their testimony, the beast that ascendeth out of the bottomless pit shall make war against them, and shall overcome them, and kill them. Revelation 11:7.
И когда они окончат свидетельство своё, зверь, выходящий из бездны, сразится с ними, и победит их, и убьёт их. Откровение 11:7.
The key that opens all three waymarks of a power from the bottomless pit was given to Mohammed, the king of the kingdom of Islam. The battle of Nineveh in 627 represented a battle between two powers that depleted the power of both combatants that allowed Islam to rapidly rise into power. The key was turned on 9/11 and Islam’s rise began, though it was restrained shortly thereafter. The battle of Nineveh was typified at 9/11, for Islam’s rise there began as the mighty angel descended to lighten the earth with His glory, and the star, which means messenger, also fell from heaven. The battle of Nineveh is also typified at the end, when the Sunday law arrives and the second period of the Dark Ages begins as the smoke of the Islamic religion blots out the sun.
Ключ, открывающий все три вехи власти из бездны, был дан Магомету, царю царства ислама. Битва при Ниневии в 627 году представляла собой сражение между двумя силами, которое истощило мощь обоих противников и тем самым позволило исламу стремительно прийти к власти. Ключ был повернут 11 сентября, и началось возвышение ислама, хотя вскоре после этого оно было сдержано. Битва при Ниневии была прообразовательно представлена 11 сентября, ибо там возвышение ислама началось тогда, когда могучий Ангел сошёл, чтобы осветить землю Своей славой, и звезда, что означает вестник, также пала с неба. Битва при Ниневии также прообразовательно представлена в конце, когда приходит воскресный закон и начинается второй период Тёмных веков, поскольку дым исламской религии затмевает солнце.
Exeter
Эксетер
The Sunday law is typified when the message of the midnight cry arrives to the Exeter camp meeting. Then the final movements of the setting up of the image of the beast begins. The formation, or the setting up of the image began at 9/11, but at the ending of the period, the period of the proclamation of the midnight cry is also a fractal of the entire period of the image’s formation that began at 9/11. The beginning represents the ending. The first woe typifies the third woe, just as the first angel typifies the third angel. The battle of Nineveh at the ending of the sealing time, identifies the battle of Nineveh at the beginning. The battle of Nineveh at the Sunday law, is the ending of the sealing time that began at 9/11, but it is also the ending of the period of the proclamation of the midnight cry. The battle of Nineveh is therefore typified at the beginning to the midnight cry proclamation, that identifies the final steps in the formation of the image of the beast in the United States, and at the Sunday law the beginning of the formation of the image of the beast in the world begins. Nineveh is the key that aligns the various lines that find their perfect fulfillment in the hidden history of verse forty.
Закон о воскресном дне прообразуется тогда, когда весть полуночного крика достигает лагерного собрания в Эксетере. Тогда начинаются заключительные движения по установлению образа зверя. Формирование, или установление, образа началось 11 сентября, но в завершении этого периода, период провозглашения полуночного крика также является фракталом всего периода формирования образа, начавшегося 11 сентября. Начало представляет окончание. Первое горе прообразует третье горе, так же как первый ангел прообразует третьего ангела. Битва при Ниневии в конце времени запечатления указывает на битву при Ниневии в начале. Битва при Ниневии при законе о воскресном дне есть окончание времени запечатления, начавшегося 11 сентября, но она также есть окончание периода провозглашения полуночного крика. Следовательно, битва при Ниневии прообразуется в начале провозглашения полуночного крика, что указывает на заключительные шаги в формировании образа зверя в Соединённых Штатах, а при законе о воскресном дне начинается начало формирования образа зверя в мире. Ниневия — это ключ, который выравнивает различные линии, находящие своё совершенное исполнение в сокрытой истории сорокового стиха.
We will proceed further in the next article.
Мы продолжим далее в следующей статье.