Книга Иоиля и Лаодикийская церковь адвентистов седьмого дня — Номер двадцать шесть

Четыре поколения Иоиля представляют постепенное разрушение Божьего виноградника с 1863 года до закона о воскресном дне. Число четыре также символизирует четыре черты характера Христа. Херувимы в святилище имеют четыре лица, и эти лица соответствуют четырёхчастному делению древнего Израиля, когда он располагался станом вокруг святилища. Они также представляют четыре Евангелия.

В Библии (Числа 2) описываются 12 колен (за исключением колена Левия, которое располагалось непосредственно вокруг скинии), организованные в четыре стана по три колена в каждом, размещённые по четырём сторонам света вокруг святилища, каждый под своим знаменем (штандартом). Это расположение создавало символическую параллель, в которой земной стан отражал небесный престол, охраняемый херувимами.

Иуда стоял лицом к востоку, к восходящему солнцу, у входа в святилище. Знамя Иуды — лев, ибо оно представляет Льва из колена Иуды. Два колена вместе с Иудой — Иссахар и Завулон. В видении Иоанна первое животное было подобно льву, так же как у херувимов Иезекииля было лицо льва. Рувим, символ человека, был на юге вместе с Симеоном и Гадом. На западе был Ефрем, с Вениамином и Манассией; их символом был вол. На севере был Дан, с Асиром и Неффалимом; их символом был орёл. Связь колен с четырьмя ликами небесного святилища отражена в четырёх Евангелиях.

Матфей — Лев из колена Иудина, Марк — жертвенный вол, Лука — человек, а Иоанн — высоко парящий орёл. Христос как Лев из колена Иудина называет Себя Тем, Кто запечатывает и снимает печать со Своего пророческого Слова. В Евангелии от Матфея больше прямых указаний на исполнение мессианских пророчеств (12), чем в остальных трёх Евангелиях вместе взятых. И даже близко не сравнить.

Евангелие от Матфея представляет пророческое Слово Божие. Лука, который был врачом, излагает своё Евангелие с точки зрения Христа как Сына Человеческого, ибо Лука — лик человека. Марк излагает своё Евангелие о Христе с точки зрения жертвенного приношения, которое олицетворял Христос, ибо Марк — телец. Иоанн — высоко парящий орёл, который изложил глубины Божии в своём Евангелии о Христе.

Важно понимать Евангелие от Матфея так, как оно представлено в пророческом Слове. Евангелие от Матфея — это Лев из колена Иудина, владыка Его пророческого Слова, Дивный исчислитель тайн, Дивный знаток языков, Тот, Кто опечатывает и снимает печати со Своего Слова. Иисус — Альфа и Омега, и Он есть Слово. Первая книга Нового Завета и последняя книга Нового Завета — пророческие книги. Многие знают этот факт о книге Откровения, но могли не осознать, что Евангелие от Матфея — альфа Нового Завета, поэтому оно должно согласовываться с омегой Нового Завета. Оно должно представлять собой конец, которым является книга Откровения.

Следовательно, когда мы находим у Матфея параллельную линию истории завета книги Бытия, изложенную в главах с одиннадцатой по двадцать вторую, это не что иное, как истина, которую снимает печати Лев из племени Матфея. Двенадцать глав истории завета, представленных в Бытии, Евангелии от Матфея и Откровении, сейчас раскрываются, и мы устанавливаем, что двадцать третья глава Евангелия от Матфея представляет разделение мудрых и неразумных в притче о винограднике. Восемь «горе», произнесённых прежнему народу завета, находят своё пророческое соответствие в восьми душах, представляющих сто сорок четыре тысячи, которые входят в ковчег спасения. Двадцать третья глава является представлением дела, начавшегося в Небесном святилище, когда 2300 дней завершились 22 октября 1844 года, и которое повторится при скором воскресном законе. Глава 23 отмечает эту истину.

Двадцать четвертая глава разворачивается после того, как Христос только что завершил Свой диалог с отступившим Израилем и в последний раз покинул храм иудеев. Число 24 символизирует переход от древнего Израиля к современному, ту самую точку в пророческой истории, где стоял Христос, когда представил Свое послание в Матфея 24. Пророческое послание Матфея 24 — божественная иллюстрация методологии «строка на строку», которая специально касается истории миллеритов, а следовательно, и истории ста сорока четырех тысяч. 24 представлено церковью Откровения 12, которая стоит на луне, отражающей свет солнца праведности. На ее голове двенадцать звезд, которые представляют 24, ибо она представляет историю, ведущую к рождению Христа, когда двенадцать колен древнего Израиля должны были стать двенадцатью учениками современного Израиля. В двадцать четвертой главе изложена история миллеритов с 1798 года до великого разочарования. Затем следует Матфея 25.

Число 25 является символом левитов, как добрых, так и злых, но не менее важно то, что оно представляет разделение мудрых и нечестивых левитов. Матфея 25 раскрывает через трех свидетелей, или три притчи, процесс разделения, представленный числом двадцать пять. Разумеется, притча о десяти девах представляет историю миллеритов, а также историю ста сорока четырех тысяч. Эта история — история первого ангела; притча о талантах — второго ангела, а притча об овцах и козлах — суд третьего ангела.

Главы с двадцать шестой по двадцать восьмую прослеживают события от Пасхи до евангельского поручения после распятия.

Краткое изложение различных вех в 26-й главе таково: в стихах 3–5 — замысел убить Иисуса. Затем в стихах 6–13 Иисуса помазывают в Вифании. В стихах 14–16 Иуда предаёт Христа за тридцать серебряников. Затем в стихах 17–25 — Пасха, которую Он проводит с учениками. В стихах 26–29 Иисус учреждает Вечерю Господню, а в 30-м стихе Иисус предсказывает отречение Петра. В стихах 36–46 Иисус в Гефсимании. В стихах 47–56 Иисуса арестовывают, затем в стихах 57–68 Иисус предстаёт перед Каиафой и Синедрионом. Начиная с 69-го стиха излагается отречение Петра от Христа. Глава содержит десять особых вех, которым предстоит повториться в последние дни.

В двадцать седьмой главе также выделяются десять отдельных вех. Иисуса предают Пилату, затем Иуда вешается, затем Иисуса приводят к Пилату, затем выбирают Варавву, Пилат предает Иисуса на распятие, затем над Иисусом издеваются, затем распятие, затем смерть Иисуса, затем Иисуса погребают, и затем стража у гроба свидетельствует.

Двадцать восьмая глава имеет всего три вехи: первая — воскресение, затем — ложь Синедриона и, наконец, Великое поручение. Три главы с двадцатью тремя отдельными вехами креста, которые повторятся в истории ста сорока четырёх тысяч.

Точно так же, как опыт Христа — от помазания в Вифании до Великого поручения — ознаменовал завершение Его земного служения и начало проповеди Евангелия всем народам, так и те же вехи повторяются в опыте Божьего остатка по мере того, как он приближается к закрытию времени благодати и своему окончательному торжеству.

Главы с двадцать шестой по двадцать восьмую представляют пасхальную историю, построенную на основе 23 отдельных вех, повторяющихся в истории, ведущей к воскресному закону, и в последующей за ним.

Окончание 2300 дней 22 октября 1844 года повторяется при введении воскресного закона. Двадцать три вехи, расположенные в последних трёх главах Евангелия от Матфея, указывают на драгоценную кровь, посредством которой соединяются божественность и человечество.

Двадцать третья глава Евангелия от Матфея подчёркивает осуждение лжесвященства. Главы с двадцать шестой по двадцать восьмую — омега по отношению к двадцать третьей главе. Лжелевиты — нарастающее восстание старцев на протяжении четырёх поколений — обозначили вехи в последних трёх главах.

Двадцать четвертая глава называет метод «строка за строкой» методом Христа, при котором Он использует разрушение Иерусалима, чтобы описать то, что есть, то, что было и то, что будет.

Падение Иерусалима в 70 году н. э. произошло в тот же день года, в который Иерусалим впервые был разрушен Навуходоносором. Разрушение Иерусалима Навуходоносором было уже историей, а события времён Христа, когда Тит взял Иерусалим, служили прообразом конца мира. Матфея 24-я глава подчеркивает методологию «строка к строке», тем самым определяя «методологию» как элемент пророческого свидетельства.

Именно в 24-й главе Христос указывает на необходимость понимания «мерзости запустения», о которой говорил пророк Даниил, являющейся самым основополагающим пониманием Уильяма Миллера и символом, который утверждает видение в книге Даниила. Это также представляет восстание в адвентизме, поскольку они отвергли миллеритское понимание «ежедневной» в книге Даниила и тем самым стали участниками сильного заблуждения, о котором говорится во второй главе 2 Фессалоникийцам. Эта глава напрямую связана с 21-й главой Евангелия от Луки, тем самым обозначая период с 11 августа 1840 года по 22 октября 1844 года, который типологически соответствует 9/11 вплоть до воскресного закона. Она также соотносится с «временами язычников» в 21:24 Евангелия от Луки, что является основным ключом к раскрытию «семи времен» у Моисея, и одновременно согласуется с измерением храма в одиннадцатой главе Откровения.

Начиная с двадцать третьей главы, затем двадцать четвертой и двадцать пятой, и затем завершая главами с двадцать шестой по двадцать седьмую, — три главы, которые имеют двадцать три вехи, являющиеся омегой к альфе двадцать третьей главы. Двадцать шестая глава в сумме с двадцать седьмой и двадцать восьмой равна «81», что является символом священства. При свидетельстве трех свидетелей (Бытие, Матфей и Откровение) главы с одиннадцатой по двадцать вторую — это одна линия. Главы с двадцать третьей по двадцать восьмую — это линия истины, которая начинается двадцать третьей и заканчивается двадцать третьей.

Главы с первой по десятую — это первая из трех пророческих линий в Евангелии от Матфея. Десять глав, затем двенадцать глав, затем шесть глав. Вдохновение сообщает нам, что все книги Библии сходятся и завершаются в книге Откровения, и, следовательно, все книги Библии сходятся и завершаются в Евангелии от Матфея. Матфей, как лик льва из колена Иудина, выделяет двенадцать различных мессианских пророчеств, и эти двенадцать отрывков образуют вехи истории миллеритов и ста сорока четырёх тысяч. Подобно тому как книга Откровения начинается с откровения Иисуса Христа, первая глава Евангелия от Матфея представляет откровение Иисуса Христа, которое связывается с жизнью и свидетельством Моисея, с историей Антихриста, одновременно обозначая три элемента торжествующей церкви, представленные пророком, священником и царём.

Евангелие от Матфея начинается с откровения Иисуса Христа в контексте Божьего завета с избранным народом. От Авраама до Давида было четырнадцать поколений, от Давида до вавилонского пленения — четырнадцать поколений, и от Вавилона до Христа — ещё четырнадцать поколений. Родословие Христа у Матфея соотносится с Моисеем, ибо Моисей — альфа, а Христос — омега. Жизнь Моисея продолжительностью сто двадцать лет соотносится со ста двадцатью годами испытательного времени в истории Ноя. Следовательно, завет Ноя связан с заветом избранного народа. Сто двадцать лет Моисея представляют три периода по сорок лет, первый из которых завершился тем, что Моисей убил египтянина в конце первого сорокалетнего периода, а второй — гибелью первенцев, фараона и его войска в конце второго сорокалетнего периода. Второй сорокалетний период завершился восстанием в Кадеше, а третий сорокалетний период завершился вторым восстанием в Кадеше. Все три пророческие линии альфы завершаются в Кадеше, а три пророческие линии родословия Матфея завершаются Давидом, вавилонским пленением и вестником завета.

Когда альфа Моисея соотносится с омегой Христа, существуют шесть свидетельств Кадеса, то есть 1863 года и воскресного закона. Родословие Матфея помещает царя Давида в Кадесе, где отступнический адвентизм отводят в Вавилон, тогда как Христос утверждает завет со ста сорока четырьмя тысячами. Отнесение Давида к воскресному закону устанавливает второе свидетельство о Давиде; при этом Давид является одним из трёх представителей из людей, начавших служение в тридцатилетнем возрасте. Христос, Давид, Иосиф и Иезекииль все начали своё служение в тридцатилетнем возрасте. Вместе эти четверо, начавшие служение в тридцать лет, представляют сочетание Божественного с человеческим, когда воинствующая церковь превращается в торжествующую церковь. Эта церковь состоит из пророка, священника и царя. Преображение отмечается воскресным законом, который также является Кадесом, поэтому Давид в родословии Матфея совпадает с тридцатилетним Давидом.

Тридцать лет подготовки соотносятся с четырьмястами тридцатью годами завета Авраама, а также с возрастом священника и с 1290 годами из Даниила 12:11. В следующей статье мы рассмотрим каждое из тех двенадцати мессианских пророчеств в книге Матфея. Сначала мы выделяем три пророческие линии в Матфее: главы с первой по десятую, затем с одиннадцатой по двадцать вторую, и затем с двадцать третьей по двадцать восьмую.